сонет

Сонеты

Валерий Брюсов

СОНЕТ К ФОРМЕ

Есть тонкие властительные связи
Меж контуром и запахом цветка
Так бриллиант невидим нам, пока
Под гранями не оживет в алмазе.

Так образы изменчивых фантазий,
Бегущие, как в небе облака,
Окаменев, живут потом века
В отточенной и завершенной фразе.

И я хочу, чтоб все мои мечты,
Дошедшие до слова и до света,
Нашли себе желанные черты.

Пускай мой друг, разрезав том поэта,
Упьется в нем и стройностью сонета,
И буквами спокойной красоты!

***

МИГИ

Бывают миги тягостных раздумий,
Когда душа скорбит, утомлена;
И в книжных тайнах, и в житейском шуме
Уже не слышит нового она.

И кажется, что выпит мной до дна
Весь кубок счастья, горя и безумий.
Но, как Эгерия являлась Нуме, -
Мне нимфа предстает светла, ясна.

Моей мечты созданье, в эти миги
Она - живей, чем люди и чем книги,
Ее слова доносятся извне.

И шепчет мне она: "Роптать позорно.
Пусть эта жизнь подобна бездне черной;
Есть жизнь иная в вечной вышине!"

***

НАРЯД ВЕСНЫ

За годом год, ряды тысячелетий, -
Нет! неисчетных миллионов лет,
Май, воскрешая луговины эти,
Их убирает в травянистый цвет.

Пытливцы видят на иной планете,
Что шар земной в зеленый блеск одет;
Быть может, в гимне там поет поэт:
"Как жизнь чудесна в изумрудном свете!"

Лишь наш привычный взор, угрюм и туп,
Обходит равнодушно зелень куп
И свежесть нив под возрожденной новью;

Наряд весны, мы свыклись в мире с ним;
И изумруд весенних трав багрим,
Во имя призрака, горячей кровью!

***

НА ПОЛУСТАНКЕ

Гремя, прошел экспресс. У светлых окон
Мелькнули шарфы, пледы, пижама;
Там - резкий блеск пенсне, там - черный локон,
Там - нежный женский лик, мечта сама!

Лишь дым - за поездом; в снега увлек он
Огни и образы; вкруг - снова тьма...
Блестя в морозной мгле, уже далек он,
А здесь - безлюдье, холод, ночь - нема.

Лишь тень одна стоит на полустанке
Под фонарем; вперен, должно быть, взгляд
Во тьму, но грусть - в безжизненной осанке!

Жить? Для чего? - Встречать товарных ряд,
Читать роман, где действует Агнесса,
Да снова ждать живых огней экспресса!

***

МАКСИМУ ГОРЬКОМУ В ИЮЛЕ 1917 ГОДА

        В*** громили памятник Пушкина;
        в*** артисты отказались играть "На дне".
                     (Газетное сообщение 1917 г.)

Не в первый раз мы наблюдаем это:
В толпе опять безумный шум возник,
И вот она, подъемля буйный крик,
Заносит руку на кумир поэта.

Но неизменен, в новых бурях света,
Его спокойный и прекрасный лик;
На вопль детей он не дает ответа,
Задумчив и божественно велик.

И тот же шум вокруг твоих созданий, -
В толпе, забывшей гром рукоплесканий,
С каким она лелеяла "На дне".

И так же образы любимой драмы,
Бессмертные, величественно -прямы,
Стоят над нами в ясной вышине.

***

БЕГЛЕЦЫ

Стон роковой прошел по Риму: "Канны!"
Там консул пал и войска лучший цвет
Полег; в руках врагов - весь юг пространный;
Идти на Город им - преграды нет!

У кораблей, под гнетом горьких бед,
В отчаяньи, в успех не веря бранный,
Народ шумит: искать обетованный
Край за морем - готов, судьбе в ответ.

Но Публий Сципион и Аппий Клавдий
Вдруг предстают, гласят о высшей правде,
О славе тех, кто за отчизну пал.

Смутясь, внимают беглецы укорам,
И с палуб сходят... Это - час, которым
Был побежден надменный Ганнибал!

***

MEMENTO MORI

       Импровизация в кафе "Десятая муза"
       14 мая 1918 г.

Ища забав, быть может, сатана
Является порой у нас в столице:
Одет изысканно, цветок в петлице,
Рубин в булавке, грудь надушена.

И улица шумит пред ним, пьяна;
Трамваи мчатся длинной вереницей...
По ней читает он, как по странице
Открытой книги, что вся жизнь - гнусна.

Но встретится, в толпе шумливо-тесной,
Он с девушкой, наивной и прелестной,
В чьих взорах ярко светится любовь..

И вспыхнет гнев у дьявола во взоре,
И, исчезая из столицы вновь,
Прошепчет он одно: memento mori!

 


Стихи о любви и про любовь

Сонет в русской поэзии.
"Стихи о любви и стихи про любовь" - Любовная лирика русских поэтов & Антология русский поэзии. © Copyright Пётр Соловьёв